Сайт Геннадия Мирошниченко

genmir2@yandex.ru или poetbrat@yandex.ru

Навигация в наших сайтах осуществляется через тематическое меню:

Общее содержание ресурсов Геннадия Мира

Содержание Портала genmir.ru * Текущие новости

Содержание литературных страниц ресурсов Геннадия Мира

Содержание сайта Поэты Клуба "Поэтическое братство-2006"

 

Поэты клуба "Поэтическое братство"

Поиск


В Google

В genmir.ru

* Доска Объявлений

* История Клуба «Поэтическое братство»

*  Бог и поэзия

О счастье и поэзии

От издателя альманаха "Поэтическое братство - 2006"

*  Проза

* Правила оформления рукописей 

* Наша музыка

* Победители наших Конкурсов

 

* Наши Конкурсы, Проекты, журналы и альманахи

 

* Содержание наших литературных Конкурсов и Проектов. Книги как результат

 

* Мы готовы создать Вам сайт в составе нашего ресурса в разделе Поэзия или в разделе Проза

Служебные страницы:

* Рассылки новостей ресурсов Геннадия Мира

* Погода и курс валют

* Пожертвования

* Ссылки

* Наши кнопки

* RSS - новости

* "Критериальность" в портале ВОЗ

* RSS Портала ВОЗ

* Статьи Г. Мира во Всероссийский Гражданский Конгресс и Civitas

Поэзия Александра Харчикова

Стихи Александра Харчикова Новые стихи Сборник стихов Александра Харчикова "Тень крыла"Проза Александра Харчикова

Новые стихи 

Последний ужин

                              Памяти Д.Д. Чурьянова

Сел на рельсы, сложил инструменты:

Это был пистолет и петля…

Простирались вдали континенты…

Простиралась родная земля.

Сколько раз умирала планета

В каждом сердце, уставшем стучать!

Ни слезы, ни руки, ни совета:

Что забыть и откуда  начать…

Вспомнил  он боевые  полеты;

Как горела  земля  под крылом…

Как спасали друг друга пилоты…

Как друзья предавали потом…

Самодельную вынул затычку

Из бутылки, и сделал глоток…

И поставил сосуд  по привычке

Между щебнем, у шпал, в уголок.

И стучало: «Не нужен…Не нужен…»

И в ответ: «Не нужна! Не нужна!»

Он то знал, что осталась на ужин

Только эта бутылка вина.

Он лениво проверил  карманы.

Он повесил петлю на плечо.

Он припомнил про старые раны,

Он хлебнул на дорожку еще.

А потом за спиной простучало:

Тра-та-та, тра-та-та, тра-та-та…

 

Лишь бутылка из щебня  торчала…

Да краснела вокруг пустота…

                       

 

Стихи поэту     

 

Кто превратить хотел тебя в раба?

Чья  иссякала вражеская сила?

Зачем не обломилась та труба?

Зачем веревка крепость сохранила?

Ты сам ли выпускал из вены  кровь,

Что согревала пламенем Россию?

Ты сам короновал себя петлей,

Или Господь послал к тебе мессию?

Судьбу поставить  задом наперед,

Плюя на всех, ты сам  перестарался.

Не ведая о тех, кто в свой черед

Вслед за тобой от жизни отказался!

Но ты один в созвездии рабов,

Не почитая изверга иконой,

Среди тупых, дубовых, крепких лбов

Российских душ исследовал законы.

Ты их любил, и ты их проклинал…

Такою Бог создал страну родную.

И силу тайную страны, и слабость знал,

И не желал ты Родину иную.

Она тебе и мать, она – судьба.

Не первая слеза ее потере!

…Крепка была железная труба

В гостинице проклятой -   «Англэтэре»!

Пусть кто-то   измывался в темноте

Над музою твоей, в веках нетленной?

Но, ты не спишь в кромешной темноте!

Твой голос рвет покой во вселенной!

 

 

Выход

                     Генералу Р.

 Один и тот же снится сон:

Давным-давно и в ночь из ночи

Мужчина видит, будто он

В гробу дубовом заколочен.

Вздохнув,  не может он  дохнуть.

Кричит  он, голоса не слыша.

Вскочить!  Взорвать! Перевернуть!

Но давит гробовая  крыша.

Он все отлично понимал.

Он слышал   вражеские мысли.

Стальные   кулаки   сжимал.

Они в истоме ватной висли…

Кошмар будильник прерывал -

Ждала  работника  работа.

И, одеваясь, он  стонал,

И покрывался  липким  потом.

Ни жизни  не жалел, ни  сил,

Срезая  службы повороты.

Но кто-то, пыл его гасил,

А он не знал, кто этот «кто-то».

На службе силы - как в песок,

Кошмары дома до рассвета…

 «Ну, все…»- сказал он и в висок

Направил дуло  пистолета…

 

 

Судьба

 

        «От тюрьмы да от сумы не зарекайся…»

                                        Русская пословица.

Как славно жить в России милой!

Не хочешь – тронешься с ума.

Здесь  светят с детства до  могилы

Тебе -тюрьма, тебе - сума.

 

Заговоришь  - тебя не слышат.

Заплачешь – слезы не поймут!

Начнешь молиться – скажут  «свыше»,

Что «власти сраму не имут»!

 

Зачем пришли они? Откуда?

Поработить? Иль развратить?..

Молчать?.. А я молчать не буду.

В набат не перестану бить.

 

Они как сами  безголосы.

Так и боятся голосов!

И нет - ответить на вопросы -

И ни ума у них, ни слов.

 

Они у старых отнимают.

Из детских ручек рвут  кусок.

Копят… Зачем?.. – Они не знают.

Ведут…Куда?.. –

Им - невдомек.

 

Как славно жить в России милой!

Не хочешь – сдвинешься с ума.

И светят с детства до   могилы:

Сума, психушка и тюрьма

 

 

Осень

 

На костылях сюда из-под Варшавы

Добрался он, старея понемногу.

За Родину, а не во имя славы

Отдал Европе молодую ногу.

С тех пор он знал, что жизнь – борьба и мука.

Но никого не клял за эту рану.

И вот стоит он над могилой внука,

Погибшего в горах Афганистана.

Три залпа прогремели над могилой.

 Три клена догорающих оглохли.

И были слезы матери и милой

Родные – вечны; у любви – просохли…

И ветер шевелил седые пряди.

И думал он: « Все повторилось снова…»

Но почему, зачем, чего же ради

Прервался род Ивана Иванова?

И поднял он три листика кленовых

И вышел на широкую дорогу.

« В России,- думал,- много Ивановых…

И среди них Иванов – тоже много…»

 

 

Ты посмотрела на меня…

 

Ты посмотрела на меня…

И, вырываясь, изогнулись…

Пошла, тепло мое храня,

Пошла… Но тут же оглянулась.

 

И посмотрела на меня…

 

Ты посмотрела на меня…

И в этом  взгляде отразилось

И беспокойство и вина

И наказание и милость –

 

Ты посмотрела на меня.

 

Ты посмотрела на меня.

Во взгляде  было обещанье …

Но  ты  ушла, меня пленя,

И улыбаясь на прощанье.

 

Ты   посмотрела на меня....

 

Ты посмотрела на меня….

И этот взгляд! И это чудо

Под шапкой рыжего огня…

Я никогда   не позабуду,

 

 Как ты смотрела на меня…

 

  

Внучка у  бабушки

(Полудетская сказочка)

 

Внучка к бабушке пришла.

Принесла конфетку.

Бабка плакать начала,

Повстречавши детку.

 

- Что ты плачешь? Это я!

А не волк из сказки.

Я же внученька твоя…

Вытри, баба, глазки.

 

Съешь конфетку и молчи.

Мы не скажем деду.

Доставай скорей харчи,

Что у вас к обеду.

 

Бабка в слезы! Бабка в стон!

- Что ты, в самом деле?..

- Принесут нам  пенсион

Лишь на  той неделе!

 

За квартиру заплати

Да за газ и воду…

И опять пора идти

С ручкой по народу.

 

Так что ты гаси-ка свет,

Кушай понемножку

Щи без хлеба…  - Денег нет

Даже на картошку.

 

Вот конфеточка твоя.

Та, что приносила.

Пусть подумают, что  я

Внучку угостила.

 

Пусть подумают: у нас

Все как прежде было.

Таракан свалился в квас –

Вынуть нету силы…

 

Внучка к бабушке пришла…

В праздник, этим летом.

Сели рядом у стола

И ревут дуэтом.

 

 

Память

 

Мы вечно ждем от жизни счастья,

Но редки добрые дела…

Цените нежное участье,

И радость ласки и тепла.

Не проходите только  мимо

Влюбленных лиц, зовущих глаз.

Не забывайте о любимых,

И помните любивших вас.

 

Не забывайте  о любимых

И помните любивших вас.

 

В пустой гордыне не парите.

И не жалейте нежных слов.

Дарите, ласково дарите

И жизнь, и счастье и любовь.

Не проходите гордо мимо

Счастливых лиц, влюбленных глаз.

Не забывайте о любимых,

И помните любивших вас.

 

Не забывайте глаз любимых

И помните любивших вас

 

Любовь  любивших вас припомнит,

Любовь любимых - изберет…

И жизнью жизнь опять   наполнит.

И душу грешную спасет.

Не проходите только мимо

Влюбленных лиц, открытых глаз.

Не забывайте о любимых,

И помните любивших вас.

 

Не забывайте о любимых,

И помните любивших вас.

 

 

Монолог пенсионера.

 

Да,  мы сами  виноваты

В одиночестве своем.

И борьбою, как солдаты

Почему-то жизнь зовем.

Разделенные оградой

Ты да я да мы с тобой.

И проклятья, как снаряды

Воздух рвут над головой.

Я пойду, а ты поедешь,

Я поеду – ты летишь.

Я горох несу к обеду.

В ресторане ты сидишь.

Выбрал петлю друг мой Петька.

Я - пока еще живой.

От обеда хрен да редька

Рвут пространство подо мной..

Завтра снова суп к обеду.

У тебя, наверно, гусь…

Я терплю, но в эту среду

Обязательно взорвусь.

 

 

Осыпаются листья

 

Осыпаются листья у сказки…

Не гони   меня.…Стой… Подожди…

Твои нежные  руки и ласки…  

Впереди еще все…Впереди!

 

Все еще  впереди…

 

Я оставить тебя  не готова.

Не могу разлюбить. Не уйду…

Ты скажи мне заветное слово

В нашем   позднем осеннем саду…

 

В нашем позднем саду…

 

Не тверди мне, что я молодая.

Не гони, не проси уходить.

Я тебя все равно разгадаю.

Я сумею  понять и простить.

 

Я сумею   простить.

 

Осыпаются листья у сада…

Почему же ты прячешь глаза?

На прощанье увидеть мне надо,

Как на них набегает  слеза…

 

Набегает слеза…

 

 

У порога

 

Тебя никто не прижимал к груди?…

Ты что?.. Забыл?.. Так плохо прижимали?…

Там  что-то  голубеет впереди?

Любовь еще возможна?.. Нет... Едва ли…

 

Всему свои благие времена:

То юная… То просто  молодая…

Потом уже - «законная жена».

А дальше -  как цыганка нагадает.

 

Колоды шелестящий перебор…

Упрямый мир.. Грядет ожесточенье,

Меняют цвет глазки стеклянных шор,

Цена явлений, слов и дел значенье…

 

Ах, как хотелось бы остаться там,

Где цвет садов и родников свеченье…

Но кто-то  расставляет по местам

И слов и чувств и мыслей назначенье.

 

И остается – руки к небесам!

И возносить молитвы прямо к Богу!

Прислушиваться к райским голосам,

И двигаться к заветному порогу.

 

Так, может быть, блаженство впереди?

Эдем и рай… Да нет!  Эдем едва ли…

 

Тебя никто не прижимал к груди?…

А может быть, забыл, как прижимали?

 

 

В пути  

 

Что-то там светилось вдалеке…

Я шагнул вдогонку налегке.

Карту путевую  и компас

Я оставил дома про запас.

Думал, что идти не далеко –

Заблудиться будет нелегко.

Думал что, у рельсов сталь ясна –

Не отпустит в сторону она.

Да и самолетная стрела

Непоколебимою была…

Пролетели быстрые года.

Я примчался!.. Господи!.. Куда?..

Прилетел, волнуясь и спеша…

Вот я здесь!  Но где ж моя душа?..

Видно, там, где по миру плутал,

Душу, незаметно, потерял!

Нет ее!  И с миром связи нет!

Я назад вернулся следом в след.

Где же карта? Где же мой компас,

Что оставил дома про запас?

…Дочь и сын, играя в лопухах,

Эту карту, изорвали в прах.

Детство долго детства не хранит…-

Потеряли стрелку и магнит…

Испугался! – Новая беда!

А в детей  вгляделся…- Ерунда!…

 

Малыши мои вы малыши…

Вы  мое хранилище души!

 

 

Смерть гармониста

 

      Лешке Енину, лучшему гармонисту округи.

Хоронили Лешку гармониста…

Леха, Леха… Парень был – огонь.

В это воскресенье в поле чистом

За райцентром он ласкал гармонь.

 

А за ним  посольство снарядила

Любка – нелюбимая жена.-

Бабка Воробьиха приходила,

Приносила пузырек вина.

 

-   Выпей, Леня! Выпей, дорогуша!

Мне бы спеть, тебе бы поиграть...

Я то и молчком тебя послушать

Прибежала б деревень за пять.

 

Мокрохвостки с голыми пупками…

Дуры, а зазнайства через край..

Лучше посиди, Алеша, с нами.

Барыню веселую сыграй.

 

Он играл соседкам  до обеда.

А потом опять ушел в поля…

 

Утром мы нашли его по следу,

Отпустив с веревки кобеля.

 

                  

Ожиданье

 

Не приходи… Я жду… Не приходи…

Метет метель по улице сквозная.

А что у нас с тобою впереди?

Я жду тебя… Но где ты, я  не знаю!

 

Как знать тебе, что я тебя боюсь,

Сражен твоей мерцающей усмешкой.

Не приходи… Я над собой смеюсь.

Я жду тебя! Ты приходи!... Не мешкай!

 

Стучит стекло… Но нет лица в окне.

Не приходи… На сердце холод веет.

Я открываю дверь своей весне!

Входи, весна! Входи, весна, скорее!

 

Как легок шаг… И как гремит гроза!…

Вошла любовь и подает мне  руку.

И  замер я.  Я жду, закрыв глаза…

Но поцелуй твой сух  как жертва другу…

 

 

Прощание

 

Не объясняется незнаньем -

Я не поздравил Вас с Крещеньем!

Но и с Господним обрезаньем

Простите, не поздравил Вас.

 

 Так будьте счастливы отныне

Вы со своим   развратным мужем..

Ему молитесь как святыне...

Что делать! Он любезен Вам.

 

А я злословить перестану,

О Вас писать я перестану.

О Вас мечтать не перестану.

Не перестану вас любить.

 

О, как не хочется прощаться!

Со счастьем разве расстаются?

Вы были мне возможным счастьем.

Неужто счастью есть конец!?

 

Смотрю, как  ватными  валами …

Все ниже небо! Ниже, ниже.

И точку, где сияло пламя,

Смело волною ледяной.

И все  что с нами не случилось.

Но что сводило души  ближе,

Все там осталось, там осталось,

За этой  хмурою стеной!

 

 

Реинкарнация

 

Все о себе и о себе…

Одна   забота!

Подумать надо о судьбе -

Да неохота.

Но  тут не выйдет –

Плачь, не плачь –

Проси прощенья.

Ты сам  судья и сам палач!

И нет спасенья!

Закон у совести жесток

Но выход будет.

Вон там, вдали, наискосок…

Собрались люди.

Не все, но все-таки придут

К тебе без зова.

Души частицу отдадут…

И встанешь снова.

Неправдой жизни не лечи

Больную душу.

Горит, горит огонь в ночи.

И совесть глушит.

Когда дотла сгорит душа,

Тогда – запомни!

Огонь ворвется, тьму круша,

И все  наполнит.

Ты снова будешь! Но не ты-

Рожденный веком.

Явившийся из пустоты -

Будь  человеком!

 

 

Милая

 

Милая… У нас пока не осень:

Порох есть и помыслы чисты.

В волосах серебряная преседь

Только прибавляет красоты.

Ты меня без грусти и печали

На пороге всякий раз  встречай…

Вот приду я, в драках измочален…

Головой с упреком не качай.

И не задавай пока вопросов.

Принеси – какое есть - вино.

Посидим… покурим папиросы…

Что дано, то нам пока дано.

Есть у нас с тобой вот это небо.

Есть друзья, и добрые дела…

А враги… Кто в схватке с ними не был,

Мать того напрасно родила.

Милая! У нас с тобой не осень.

Порох есть, и помыслы чисты…

В волосах серебряная проседь

Только прибавляет красоты.

 

 

Пророк и люди

 

Пророк  - седые волоса

О горе пел… Ему сказали,

Чтоб ровно через полчаса

Его здесь песен не слыхали!

Пророк – седые волоса

О счастье пел… Его побили…

Пророк ушел один в леса.

И люди про него забыли.

Живут… О горе не поют.

Сулят  то мир, то гибель свету.

Забились каждый в свой  уют,

И голосят, что счастья нету.

 

 

Люди       

 

Кто-то скажет  доброе

Через силу.

Кто-то, не задумавшись,

Оболжет.

Кто-то в бок со злобою

Всадит вилы.

Кто-то бросит все дела

И спасет.

Это – человечество.

Божьи дети.

За какою далью

Их не различи.

Люди одинаковы

Все на свете.

Лучше или хуже  их

Не ищи.

 

                    

Приметы

 

Так ясен день! Так смутно время!

Так много радостей и слез.

Таких деяний злое бремя

С собою  новый век принес!

Не растерял войны и мира.

И честь, и совесть не обрел…

Свистит над  выями секира.

Да вьются ворон и орел.

 

 

О песне

 

Не пою сегодня песен.

Танцы мне не по плечу.

Этот мир не интересен.

А в иной я не хочу.

Здесь гроза гремит по туче.

Словно бочка по горе.

Что-то легче, что-то круче…

Как когда-то…  В ноябре.

 

 

Иудство

 

Закрылась не могильная плита! -

Захлопнулось людское равнодушье.

Ушли куда-то боль и суета.

Осталось нежеланье и удушье.

 

Подсовывает кто-то: « Не хочу…»

И вторит непреклонное: «Не буду».

Похлопывают тихо  по плечу….

И щерится  из-за спины Иуда.

 

Он снова здесь с протянутой рукой.

Как прежде  верен вечному подряду.

Он предает, не зная про покой.

И отовсюду   ждет  свою награду.

 

Мне от тебя, Иуда, не смешно.

Мне жаль – тебя еще  не покарали.

Бери монеты, как заведено…

Но знай, что  половину их украли!

 

Такой  уж век! « Чужого не желай…»

У нас теперь совсем не те порядки.

Жену, мошну и  дом чужой хватай!

Гони «откат»! И будут взятки гладки.

 

Не сдвинута могильная плита.

Но предают  Христа  какой-то роже.

И только Мир – святая простота –

Не понимает, ЧТО  ему дороже!

 

 

 Бытие

 

Не надо думать: «почему?»

Давайте думать: «что?»

Непостижимое уму,

Качает решето?

Лет,  дней, событий решето

Качает кто-то там,

Перетирая в  жизни  то,

Что рвется   к облакам.

И наша мудрость – к облакам!
И глупость – к облакам!

И недоступно там  векам,

Мечам и кулакам.

А мы с тобою разве  пыль?

Нет! Мы с тобою – злая быль.

 

 

Поиск

 

Мне так хочется быть уверенным,

Что за мной теперь не придут.

А друзья зайдут днем  проверенным,

Без ошейников и без пут.
Говорю себе: мы не те уже.

Да и время не то за окнами.

И стукачество - нам не хлебушек.

И сексоты все стали блеклыми.

 Не идем  по дорожкам дедушек.

Нам  бояться  не вышло хартии?.

Нас  не гонят  брать замуж девушек

По решеньям райкомов партии.

И такие мы стали ловкие –

Если нет чего – мы  найдем.

И, что было для них фарцовкою,

Все размыто, как лед дождем.

Оказалось – молчи о Родине,

Думай – как самому прожить!

А что пройдено, мол, то  пройдено.

Это нечего ворошить.

Мне так хочется быть уверенным,

Что иду по ТОМУ пути.

Но  не прожито, не  измерено

То, куда не иду  намеренно.

А куда же тогда  идти?

 

 

 Желтые розы

 

Птица застонет в низинке…

Чем я смогу ей помочь?..

Старый романс на пластинке…

Дивная дачная ночь.

Дай свою руку, подруга.

 Ты молода и светла..

Чьи это стоны над лугом?

Той, что со мною была!

Ах эти чудные звуки…

Все повторяется вновь:

Желтая роза – к разлуке.

Красная роза – любовь.

Выйдем с тобою под грозы…

Вот они наши края!

Вот мои желтые розы.

Красных не вырастил я.

 

Ты уходишь

 

 

Отзвенела, оборвалась нить.

Что ушло, то не вернется вновь.

Не связать и не соединить…

Врут ромашки про твою любовь.

Я то думал – это навсегда…

Я не знал, что следом за весной

Наступает первая беда -

Иссушает  травы летний зной.

Я не знал, что не щадит гроза

Даже самых неразъемных рук.

Оказалось – ясные глаза

Выцветают от больших разлук.

Отзвенела, оборвалась нить…

Ты уходишь, прошлое кляня.

Не хочу ни в чем тебя винить.

И молю – не обвиняй меня!

 

 

 

Осень

 

На костылях сюда из-под Варшавы

Добрался он, старея понемногу.

За Родину, а не во имя славы

Отдал Европе молодую ногу.

С тех пор он знал, что жизнь – борьба и мука.

Но никого не клял за эту рану.

И вот стоит он над могилой внука,

Погибшего в горах Афганистана.

Три залпа прогремели над могилой.

 Три клена догорающих оглохли.

И были слезы матери и милой

Родные – вечны; у любви – просохли…

И ветер шевелил седые пряди.

И думал он: « Все повторилось снова…»

Но почему, зачем, чего же ради

Прервался род Ивана Иванова?

И поднял он три листика кленовых

И вышел на широкую дорогу.

« В России,- думал,- много Ивановых…

И среди них Иванов – тоже много…»

 

 

На вершине

 

Я один на вершине стою

Над пучиной морской ледяною,

У замшелой скалы на краю…

Двести метров обрыв подо мною.

Там, внизу белой пеной прибой

Отмечает черту приближенья.

Там остались все те, кто со мной

Замышляли сюда восхожденье.
Я теперь на ином этаже.

Двести метров…

Мы, в сущности – рядом.

Как на фронте – кто был в блиндаже

С тем, кто шел под разрывы снарядов.

Путь меня за сравненье простят.

Знаю, время  – по счастью – другое.

Но проклятья  мне в спину свистят,

И подъем  мне опаснее втрое!

 

22.07.2014

© Мирошниченко Г.Г., 2013